Аресты после акций протеста в Ингушетии

3 апреля 2019
Российская национальная гвардия. (Fortanga.org)

На этой неделе были арестованы три лидера ингушских акций протеста и несколько участников протестов против обмена землями с Чечней.

После возобновившихся 26–28 марта акций протеста власти расправились с критиками правительства, которые требовали от правительства отмены недавнего договора о границах с Чечней и отставки главы республики Юнус-бека Евкурова.

Как сообщает российский медиа-портал «Кавказский узел», правоохранительные органы арестовали девять человек на десять суток административного задержания за «несанкционированное» публичное собрание.

Среди арестованных были три члена Совета тейпов (кланов) — уважаемого социального института старейшин в Ингушетии — которые возглавляли недавние акции протеста.

Один из сопредседателей совета, Малсаг Ужахов, был оштрафован на 150 000 рублей (230 долларов США).

Двое других, в числе которых — бывший министр внутренних дел Ингушетии Ахмед Погоров (2002–2003), — были оштрафованы на 20 000 рублей (305 долларов США) каждый.

Ингушетия уволила последнего министра внутренних дел Дмитрия Каву и расформировала местное подразделение полиции после сообщений о том, что это подразделение присоединилось 27 марта к протестующим против Российской гвардии.

Власти также обыскали дома около 15 критиков правительства, в том числе — резиденции Бейлала Евлоева, депутата Национального собрания, местного парламента, и духовного лидера республики, муфтия Исы-Хаджи Хамхоева.

Силы безопасности также начали расследование действий других за «подстрекательство к массовым беспорядкам» и за применение насилия в отношении полиции.

По данным ингушской правозащитной группы «Машр», во время судебных слушаний ингушских старейшин 3 апреля местные судебные приставы были удалены из судов и заменены сотрудниками Федеральной службы судебных приставов.

31 марта ингушские власти отказались предоставить разрешение на проведение акций протеста с 5 по 9 апреля, сославшись на отсутствие предварительного уведомления.

Критики правительства также заявили, что после протестов 26–28 марта несколько подразделений правоохранительных органов были отправлены в Ингушетию, чтобы отнять у местных жителей оружие. Власти отрицают это, заявляя, что они проводят только «запланированные» проверки на предмет просроченных разрешений.

В течение последней недели ряд ингушей, критикующих правительство, жаловались на проблемы с интернет-соединением на мобильных телефонах, в том числе — 3 апреля.

Протесты против изменения закона о референдуме

Протесты возобновились неделю назад после того, как Евкуров предложил внести изменения в Закон о референдуме.

Поправки дали бы ингушскому руководству законное право «переименовывать, разделять или объединять» Ингушетию с другими субъектами Российской Федерации без проведения всенародного голосования.

Критики, в том числе Совет тейпов (кланов), Комитет национального единства Ингушетии, движение «Столп Ингушетии», правозащитная группа «Машр» и региональное отделение российской оппозиционной партии «Яблоко», утверждали, что это было еще одним шагом в попытках Евкурова продолжить исполнение Соглашения между ним и главой Чечни Рамзаном Кадыровым, подписанное в сентябре 2018 года.

Согласно соглашению об обмене землями, ратифицированному Национальным собранием в октябре 2018 года, Ингушетия передаст 340 квадратных километров (около 9 % своей территории) Чечне.

Противники этой сделки с переменным успехом обращались как к уличным митингам, так и к судебным спорам.

Чеченские власти на протяжении многих лет открыто заявляли о своих претензиях на территории в восточной части Ингушетии, несмотря на чеченско-ингушское соглашение 1993 года, которое оставило большую часть Сунженского района Ингушетии.

Чеченские требования со ссылками на советские карты 1930-х годов продолжались даже после того, как в 2003 году президент Ингушетии Мурат Зязиков и президент Чечни Ахмат-Хаджи Кадыров (отец нынешнего главы Рамзана Кадырова) подтвердили устоявшиеся границы.

В 1936–1993 годах Чечня и Ингушетия существовали как Чечено-Ингушская Автономная Советская Социалистическая Республика, а граница между ними не была определена.

В октябре 2018 года Конституционный суд Ингушетии постановил, что сделка 2018 года противоречит закону о референдуме, что заставило власти Ингушетии внести поправки в закон.

Тем не менее, решение Конституционного суда Ингушетии через два месяца было отменено Федеральным Конституционным судом.

Кроме того, 3 апреля, через несколько дней после массовых акций протеста, Магасский районный суд Ингушетии отклонил иск нескольких депутатов, требующих отмены голосования 4 октября.

Столкнувшись с растущей оппозицией, Евкуров решил отменить проект инициативы о референдумах, но это не помешало возобновлению уличных протестов 26 марта.

Ночь протестов и блокада автомагистралей

29 марта во время встречи с главой Совета национальной безопасности Ингушетии Евкуров обвинил своих противников в радикализации молодежи и заявил, что позже они не смогут контролировать эти «горячие головы».

В ответ на критику со стороны Евкурова последовал мирный, но громкий протест, который произошел вечером предыдущего дня, когда группы ингушей разъезжали вокруг Назрани на автомобилях, сигналя и размахивая флагами Ингушетии в знак протеста против спорной земельной сделки.

В предыдущий день около 1000 демонстрантов заблокировали федеральную автомагистраль, ведущую в Назрань, на несколько часов, настаивая на том, чтобы правительство отменило соглашение между Чеченско-Ингушской границей и Евкуров подал в отставку.

Члены Совета тейпов — одной из групп, участвовавших в мобилизации протестов, — позже в тот же день выложили на своих каналах в социальных сетях видео, настаивая на том, что блокирование автомагистрали не было их идеей, и что они не узнали тех, кто в нем участвовал.

Они сказали, что им удалось убедить протестующих разблокировать дорогу в Назрань.

Демонстрация в Магасе

Лидерам оппозиционных групп также пришлось успокаивать антиправительственный митинг днем ​​ранее, когда сотни ингушей отбивались от отрядов ОМОНа палками и камнями в центре столицы Ингушетии, Магаса.

ОМОН попытался разогнать толпу утром 27 марта после того, как около 200 ингушей провели ночь, протестуя.

По данным Северо-Кавказского отделения Следственного комитета России, во время драки десять сотрудников правоохранительных органов получили ранения.

Митинг 26 марта перед государственным телеканалом в Магасе, на котором присутствовало около 20 000–30 000 ингушей, был санкционирован до 18:00.

Хотя лидеры протеста объявили его «бессрочным», после ссор со спецназом Ингушскому комитету национального единства, — одной из групп, организовавших акцию протеста, — удалось убедить нескольких участников митинга пойти домой с обещанием еще одной санкционированной демонстрации через несколько дней.

Тем не менее, некоторые покинули этот район только для продолжения протеста, который выразился в перекрытии федеральной автомагистрали.

После столкновения с полицией активисты, критикующие правительство, поприветствовали подразделения ингушской полиции, утверждая, что они «остановили продвижение» спецназа на своих бронированных машинах.

Некоторые в социальных сетях также хорошо отзывались о недавно уволенном министре внутренних дел Каве за то, что он якобы отказался применить силу против митинга, и одном местном полицейском за то, что он якобы написал в своем полицейском отчете, что он отказывается выполнять свои обязанности.

28 марта МВД Ингушетии назвало сфотографированный отчет «фейковым». Тем не менее, четыре дня спустя они подтвердили российскому информационному агентству Regnum, что они расформировали подразделение, «переместив» его членов «в другие подразделения» и уволив 17 офицеров.

30 марта на правительственном сайте появилась информация о встрече Евкурова с новым «исполняющим обязанности министра внутренних дел Юрием Муравьевым».

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас