[Голос из Тбилиси] Женщины Грузии: Мадона (Маргарита) Нароушвили, 60 лет

24 апреля 2017
Мадона Нароушвили (Нино Байдаури / Women of Georgia)

Женщины в Грузии часто обделены правом голоса. Их мнения, мечты, стремления и достижения часто зациклены и вращаются вокруг мужчин. Проект «Женщины Грузии» дает героиням возможность высказаться и рассказать обо всем своими словами. Мы собрали 150 различных историй со всей страны. На протяжение нескольких месяцев OC Media будет публиковать их на английском и русском языках. Ниже о себе рассказывает Мадона Нароушвили.

Раньше я ткала на ковровом комбинате в городе Сенаки. Это была довольно тяжелая работа. Сотрудники были одни мужчины, а я была единственной женщиной, да еще и работающей на огромной машине. Мы производили заводские ковры больших размеров. Мне нравилось моя работать, а заниматься «женскими делами» у меня не получалось. Зарплата была хорошей, плюс выработка, статус, работала наравне с мужчинами. Никто не воспринимал это как нечто особенное, там очень ценили мой труд. Два раза год брала путевки, были бонусы, пособия, награды. Если бы все так и продолжилось, сейчас, наверное, я оказалась бы в парламенте. Коллеги не считали, что я чего-то не могу делать только из-за того, что принадлежу другому полу. Коллектив был очень дружный.

Я принадлежу к такому типу людей, которые могут подстроиться к любой работе. Так я и оказалась водителем автобуса. «Это наш брат», говорят они про меня. Я не хочу браться за «женское дело» из-за боязни ошибиться и, что кому-то это может не понравилось. Поэтому предпочитаю, чтобы люди улавливали во мне мужественные черты.  

Когда в Сенаки стало совсем трудно, я переехала в Тбилиси. Поступила на трамвайные курсы. После чего стала ватманом и получала приличную зарплату. Это были долгие шестимесячные курсы, где нас учили всему, начиная с правил безопасности, заканчивая всякими знаниями в области электричества. Приходилось работать с 660 вольтами, так что надо было досконально знать, как устроен трамвай и как справиться с любой непредвиденной ситуацией. Через месяц после обучения, мы приступили к работе. Всего нас было четверо женщин: я, моя двоюродная сестра и еще две. Женщины и здесь были редкостью, в основном русские. Люди очень плохо на это реагировали. «Некому что ли о вас позаботиться? говорили они. Почему вы должны водить трамвай?».

Мадона Нароушвили (Нино Байдаури / Women of Georgia)

Очень часто мы слышали оскорбления в свой адрес. Они думали, что нас выгнали из дома. Я очень плохо себя из-за этого чувствовала, хотя просто честно выполняла свою работу и никому не вредила. Однажды в трамвай поднялась женщина и спросила: «Разве у тебя никого нет? Почему такая красавица здесь работает? Я бы не отпустила сюда свою дочь!». Мне было всего 22 года. Я ответила, что не имеет значения, где работал человек, главное, чтобы он хорошо выполняют свое дело. «Ах, ты бедняга! Наверное, из дома выгнали», напоследок заявила она.   

Когда в городе убрали трамваи, я пересела на автобус. Мою работу высоко ценили и хорошо относились. Мэрия предложила пройти курсы переподготовки, чтобы освоить новые автобусы, которые должны были запустить через пару месяцев. Я сразу согласился. Я была готова пройти тренинг, сдать нормативы, пройти проверку и взяться за руль новых автобусом, если меня сочтут пригодной. У меня был большой опыт работы с людьми и мое начальство это знало.

До этого, я водила рейс Москва-Баку, и в этом отношении у меня не было никаких трудностей с новой работой. Сейчас работаю на 121-м автобусе и вожу пассажиров из Дидубе в Захеси. Время от времени, когда становится скучно, меняю маршруты. Вот, в ближайшее время снова пересяду.

Я даже дома не чувствую себя так комфортно, как в автобусном гараже. Я полностью расслаблена. Выходя в 5:30 утра, иногда возвращаюсь домой в половине второго или третьего ночи. Смена заканчивается в полночь, но еще некоторое время отнимает уборка автобуса или починка, если требуется.

Пассажиры разные: некоторые очень хорошие, другие не очень. Некоторые из дома выходят уже очень рассерженные, только и ищут причину с кем-нибудь поругаться. Например, один начал ворчать из-за того, что в автобусе было прохладно. Я ответила, что тепло бывает у меня дома и там он сможет согреться. Люди засмеялись. Иногда я подшучиваю над детьми, говоря, что потяну их за уши, они забавляются и говорят, что сами это сделают. С мужчинами своего возраста шутить не получается, они все неправильно понимают. С некоторыми вообще невозможно разговаривать. Но я очень привыкла к работе, даже дома больше устаю. У нас за весь день всего один 22-минутный перерыв, за который успеваю подкрепиться хачапури или печеньем. Я так привыкла, что и дома у меня одна сухомятка.

Я всегда мечтала путешествовать. К сожалению, денег на это совсем нет. Вот за границей люди постоянно копят деньги, чтобы в старости путешествовать. Хорошо бы побывать в Париже.

У нас же в городе стоит пересмотреть вопросы касательно общественного транспорта. У людей должно появляться желание туда сесть. Просто нужно привести всю сеть в порядок, тогда и пробок не будет, а люди со своих машин пересадят на общественный транспорт.

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас