Мнение | Новая реальность Азербайджана

4 января 2021

Правительство Ильхама Алиева никогда не пользовалось такой массовой поддержкой, как сейчас. Поскольку Парад Победы был его венчающим моментом, теперь очевидно, что в настоящее время любое противодействие власти немыслимо. Но даже в новом Азербайджане есть слабые проблески надежды на перемены.

Ильхам Алиев унаследовал власть в Азербайджане после смерти своего отца Гейдара в 2003 году. Общественное недовольство из-за этого перехода было преодолено путём жестокого подавления массовых протестов оппозиции. Добившись правления, Ильхам Алиев придерживался чего угодно, кроме последовательной политической идеологии. Скорее, он конструировал разрознённые консервативные элементы, уже присутствующие в азербайджанском дискурсе, при этом сняв вину с правительства 1992–1993 годов за потерю Нагорного Карабаха и осудив его нынешних преемников за желание «вернуться к хаосу».

Благодаря его элитарно-авторитарной манере правления, характеризующейся чётким разделением и разграничением между элитами и государственными чиновниками с одной стороны, и так называемыми простыми людьми с другой, правящая партия обеспечила пассивную поддержку большинством граждан Азербайджана.

Как и многие другие авторитарные режимы, правительство Алиева не было заинтересовано в активной народной поддержке. Вместо этого власти стремились содействовать вовлечению общественности в политические процессы (такие, как выборы) и общей делегитимации формальной политической сферы. Возникший в результате скептицизм по отношению к потенциалу оппозиции в обществе помог правящему режиму оставаться у власти, даже не будучи по-настоящему популярным. Одновременно с этим режиму удалось заставить замолчать потенциальных политических соперников, не опасаясь негативной реакции со стороны общества.

В этом относительно стабильном порядке, сохранявшемся в стране с тех пор, как Гейдар Алиев пришёл к власти в 1993 году, к концу августа и на протяжении 2010-х годов, возникли трещины, особенно когда страна вступила в экономически неспокойные времена из-за снижения цен на нефть (самый прибыльный товар страны). Появились новые, пусть и небольшие, протестные движения, сосредоточенные на социальных проблемах: от протестов «Остановите смерть солдат» в 2013 году до последней массовой акции протеста в Баку в октябре 2019 года. Пассивное недовольство инсценированными выборами выросло до рекордно высокого уровня.

Но какие бы шансы что-то изменить ни были, они были уничтожены во время Второй войны в Нагорном Карабахе. В послевоенном Азербайджане изменилась вся логика управления, и общественность видит Ильхама Алиева и его правительство в совершенно новом свете. Действительно, на недавней встрече с представителями Минской группы ОБСЕ Алиев был прав, когда подчеркнул, что «в регионе возникла совершенно новая ситуация».

Популистский поворот

Ильхам Алиев, русскоязычный выпускник элитного российского университета МГИМО, раньше подвергался критике со стороны своих оппонентов за то, что «держался подальше от реального народа Азербайджана», но сейчас такие утверждения беспочвенны. С началом войны популярность Алиева резко возросла, достигнув новых астрономических высот. В своих выступлениях во время войны Алиев, говоря о враге, широко использовал метафоры и выражения, ставшие частью нового разговорного языка в Азербайджане.

Такие фразы, как «мы гоняемся за ними, как собаки», или «что тогда было, Пашинян? Cтатус пошёл к черту, он рухнул, он был разбит вдребезги», вызвал состояние народной эйфории. Он больше не был элитарным силачом, который держится подальше от шумной толпы, а популярным лидером, чьи речи отражают давнее стремление к Нагорному Карабаху и мести врагу.

Когда он разделил «сцену» с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, преимущественно авторитарным популистом, во время парада Победы, недавно проявившийся популизм Алиева стал слишком очевиден.

Теперь, когда желание общества в отношении Нагорного Карабаха удовлетворено, правящая партия преследует новые идеологические цели, способные поддержать народный пыл. Утверждение Алиева о том, что «районы Зангезур, Гейча и Ереван являются нашими историческими землями», является примером этой новой модели правления в действии, в то время как чтение Эрдоганом стихотворения, претендующего на северный Иран, указывает на аналогичное возможное направление.

По иронии судьбы, популистский поворот может затруднить сохранение власти, чем предыдущий более пассивный режим правления. Алиеву по-прежнему не хватает внятной идеологии, и дальнейшие территориальные претензии противоречат реальности с учётом нахождения российских миротворцев на западе и иранских солдат на юге. Скорее всего, мы станем свидетелями различных антилиберальных идеологических поворотов со стороны правительства, пытающегося поддерживать этот высокий уровень популярности, а также фокуса пропагандистов на чем-то более практическом восстановлении вновь завоёванных территорий.

Конец противостояния

Ровно год назад различные активистские сообщества размышляли о предстоящих парламентских выборах: о мобилизационных стратегиях и возможных путях сотрудничества внутри оппозиционных групп и партий. Теперь, год спустя, эти мечты бессмысленны, и оппозиционная стратегия, вызывающая общественный резонанс, даже не мыслима.

Пытаясь приспособиться к этому сдвигу на политической арене, председатель оппозиционной партии «Республиканская альтернатива» Ильгар Мамедов склонился к новому доминирующему дискурсу пытаясь «быть святее папы» — он заявил о прямом ирредентистском [ирредентизм (итал. irredentismo, от terre irredente – не­ос­во­бо­ж­дён­ные зем­ли), об­щественно-по­ли­тическое дви­же­ние, воз­ник­шее в 1870–80-х гг. в Ита­лии, уча­ст­ни­ки ко­то­ро­го вы­сту­па­ли за при­сое­ди­не­ние к итальянскому го­су­дар­ст­ву всех тер­ри­то­рий с итальянским на­се­ле­ни­ем. Тер­мин «ирредентизм» ис­поль­зу­ет­ся для ха­рак­те­ри­сти­ки схо­жих национальных дви­же­ний так­же в других стра­нах. прим. редакции] территориальном притязании Армении. Другие оппозиционеры  последовали его примеру, хотя и в меньшей степени, и критиковали российскую миротворческую миссию за то, что она предотвратила полный захват Нагорного Карабаха, и недавние стычки только усилили эту критику.

Такая риторика не имеет потенциала для демократической и антиавторитарной мобилизации, и этот факт очевиден для оппозиции. Традиционная политическая оппозиция, никогда не имевшая принципиальной идеологической позиции, направленной против правящей власти, оказалась в тупике. В довоенном Азербайджане Ильхама Алиева обвиняли в нерешительности в отношении возвращения Нагорного Карабаха и прилегающих к нему оккупированных районов под контроль Азербайджана но теперь он выиграл эту войну. Его обвиняли в отрыве от простых людей теперь его речи так нравятся людям, что они пишут мейхану и рэп на основе его выражений.

И даже сейчас, когда его обвиняют в тайном служении интересам России он и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган стоят бок о бок на Параде Победы.

В новой реальности Азербайджана оппозиции нечего предложить.

Взгляд в будущее

Год назад, возможно, наивно, я предложил традиционной оппозиции обратиться к молодым прогрессивным сторонникам и активистам с целью создания широкой антиавторитарной коалиции «для многих». В новой реальности те прогрессисты, которые во время войны отказались от войны, оказались маргинализованными, многие из них почти полностью потеряли доверие общественности. Даже сейчас, когда война закончилась, они все ещё подвергаются жёстким атакам.

Одним из примеров такой атаки является видео популярного азербайджанского видеоблогера из Канады, опубликованное 11 декабря. Оно озаглавлено «Победа и несколько шлюх» и содержит злобные нападки на активистов движения за мир и на новостные организации, которые предоставляют им платформы (включая OC Media) ролик набрал более 100000 просмотров.

Называть сторонников мира «шлюхами» стало обычным делом. AzLogos, веб-сайт, позиционирующий себя как «интеллектуальная платформа азербайджанцев всего мира» и управляемый писателем, когда-то написавшем роман об отношениях азербайджанской и армянской гей-пары и позже эмигрировавшим в Швейцарию, неоднократно нападал на борцов за мир. Особенно это видно по публикации под названием «NoWar другое название шлюхи».

В ситуации, когда политики в смысле внутреннего антагонизма и противостояния вообще не существует даже в шмиттовском смысле [Карл Шмитт правовед, политический теоретик, считавший антагонизм основой политики. прим. редакции], поскольку внешний враг побеждён Азербайджан на данный момент оказывается в кажущейся тупиковой ситуации.

И все же, несмотря на победу в войне, старые социальные проблемы остаются. В последние дни стали вирусными несколько видео: на одном из них солдат, дислоцированный в недавно завоеванном Джабраиле, жалуется на промокшие насквозь палатки, в которых они вынуждены жить. На другом видео из недавно завоеванного Губадлы кто-то просит о помощи его семью выселили, потому что они не могли платить за аренду. На вирусной фотографии запечатлен жалкий пакет помощи, который Минсоцзащиты отправил семье 26-летнего погибшего солдата.

Все это и многое другое вызвало волну возмущения в социальных сетях, «квазитоталитаризм», на который надеется Алиев, похоже, стоит на шаткой основе. Несогласие все еще возможно. Не то, чтобы это предвещало неминуемое восстание, или даже то, что азербайджанская общественность будет рассматривать себя как объект для изменений сама по себе. Но тем не менее это проблески надежды.

В 2013 году акции протеста «Остановим смерть солдат» привлекли к политической активности многих азербайджанцев, в том числе и меня. Спустя почти восемь лет, в новом послевоенном Азербайджане, стало ясно, что нам нужно начинать заново.

С нами то же старое социальное неравенство и тот же старый авторитарный режим, а также новые обиды. Для появления нового протестного движения потребуется время. Для нового поколения активистов эта история неудач,  характерная для нашего поколения, ограниченного проблемой Нагорного Карабаха и отсутствием идеологического содержания в наших требованиях, не должна быть забыта тогда есть надежда на победу.

Алиев сильнее, чем когда-либо, но его сила не тотальна, и история неуклонно идет своим шагом как бы он ни хотел ее остановить.

________________________________________________________________________

Все высказанные мнения и терминология выбраны самим автором и могут не отражать точку зрения редакции OC Media.

Для удобства читателей, редакция предпочитает не использовать такие термины как «де-факто», «непризнанные» или «частично признанные» при описании институтов или политических позиций в Абхазии, Нагорном Карабахе и Южной Осетии. Это не отражает позиции редакции по их статусу.

Мы в соцсетях: ВКонтакте, Телеграм, Одноклассники, Instagram, Facebook. Подпишитесь и читайте подробные новости с Кавказа!

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас