Мнение | Религиозная свобода в «новом Азербайджане» ограничена

11 августа 2021
Иллюстрация: Робин Фаббро/OC Media

Несмотря на то, что азербайджанские власти активно эксплуатировали религию во время Второй войны в Нагорном Карабахе, надежды на большую свободу вероисповедания после её окончания быстро тают.

Религиозные круги Азербайджана высказались в поддержку войны, когда она началась в сентябре, при этом они были не одиноки в своих воззрениях — аналогичные взгляды нашли отклик среди многих слоёв азербайджанского общества. Война объединила народ, правительство и военных перед лицом «внешнего врага». 

По различным оценкам, доля граждан Азербайджана, считающих себя мусульманами, составляет около 95% (в основном шииты; также существует крупное суннитское меньшинство), однако немногие из них активно исповедуют ислам. Для большинства верующих война была больше, чем просто акт «защиты родины» от врагов, она была «божественным благословением». 

Именно представители духовенства зачастую посещали воинские подразделения, проповедуя идеи «мученичества» и «святости родины». 

Многие верующие молодые люди тем временем добровольно шли на войны, чтобы отдать «священный долг».  Явным тому свидетельством стали появлявшиеся на протяжении всех боевых действий видеокадры из воинских частей и передовой, где запечатлены массовые молебны и военнослужащие, слушающие стихи о павших мучениках.

Конечно, для большинства азербайджанцев эта война не была священной, а представляла собой лишь политический и территориальный конфликт. Кроме того, появлялось множество видеозаписей, на которых бойцы пьют вино и едят свинину. Однако это обстоятельство не меняет того факта, что ислам был источником мотивации для солдат, которые каждый день сталкивались с реальной угрозой смерти.

Несмотря на то, что Азербайджан является светской страной, религиозная принадлежность к исламу стала одной из самых заметных характеристик политического дискурса правительства во время боевых действий. Например, мусульманские священнодействия с присущим символизмом проводились для закрепления военных побед и празднования возвращения городов из-под контроля армянских войск.

Во время войны многие азербайджанцы разделяли надежду, что победа принесёт стране радикальные перемены. С победой, думали люди, придёт и рост доходов, коррупции наступит конец, а правительство начнёт учитывать интересы граждан..

По такой логике, взяв под контроль территории Нагорного Карабаха, Армения нарушила фундаментальную гармонию политического организма Азербайджана, а ведь именно эта дисгармония и лежит в основе социальных бед страны. Таким образом, представлялось, что возвращение земель, захваченных Арменией, восстановило бы гармонию и целостность, а каждой из имеющихся проблем было бы найдено подходящее решение.

Несмотря на разнообразие зачастую утопических надежд касательно послевоенного будущего Азербайджана, многие набожные мусульмане имели вполне конкретные взгляды. В частности, они надеялись, что конец войны приведёт к нормализации отношений между религиозной и государственной властью.

Сейчас, спустя почти год со времени начала карабахского конфликта, уже очевидно, что война не стала панацеей, на которую многие так надеялись. Хотя президент Азербайджана Ильхам Алиев всё ещё пользуется популярностью, социальное напряжение, связанное с несбывшимися ожиданиями, продолжает расти. В этом контексте именно неудовлетворённые, но относительно скромные ожидания правоверных азербайджанцев могут зародить семя будущего кризиса.

Ужесточение закона

В мае 2021 года азербайджанские власти внесли поправки в закон «О свободе вероисповедания», наложив новые ограничения на религиозные общины. Согласно новым изменениям, общины, не имеющие «религиозного центра», теперь не могут присваивать религиозные титулы или чины священнослужителям, обращаться за разрешением для привлечения иностранных граждан в качестве духовных лидеров, учреждать религиозно-учебные заведения или организовывать для своих единоверцев посещение святынь и иных мест религиозного значения за рубежом.

Помимо этого, были введены более жёсткие ограничения в отношении массовых религиозных мероприятий на открытом воздухе — теперь такие священнодействия, как массовые молебны и поминки, могут проводиться только в местах отправления культа или святынях.

Проблемы вокруг так называемой свободы совести преследуют Азербайджан с самого момента обретения независимости. Например, многие женщины, предпочитающие покрывать голову платком, сталкиваются с трудностями и неудобством при фотографировании на паспорт или иное удостоверение личности. 24-летняя студентка Камала Ровшан в начале этого года в соцсетях запустила кампанию для привлечения внимания к данной проблеме.

«В странах, где нет мусульманского большинства, вроде России и Германии, женщины могут фотографировать в платках. Очень стыдно, что в такой стране, как Азербайджан, где большая часть населения исповедует ислам, [фотографирование на официальные документы с покрытой головой] не разрешено, — заявила она в видео в Facebook. — Возможно, это и небольшая проблема, но она нас волнует».

Несмотря на то, что данный вопрос поднимался уполномоченной по правам человека (омбудсменом) Азербайджана в парламенте страны в марте 2021 года, реальный прогресс на данном направлении до сих пор отсутствует.

Предыдущие попытки властей урегулировать вопросы вокруг ислама и его влияния в стране включали ограничения на использование религиозных символов, тщательный контроль за процедурой регистрации религиозных учреждений и закрытие нескольких мечетей за последние годы.

Жёсткая позиция государства проявляется и в регулировании уровня громкости адхана (сообщения с призывом к молитве - прим. ред.), распространения религиозной литературы, а также в запрете ношения платков в государственных школах.

Офис международной религиозной свободы при Государственном департаменте США осудил недавние поправки, назвав их «нарушением международных стандартов». Между тем, Азербайджан значится в числе 12 стран в так называемом «списке особого внимания» Комиссии США по международной религиозной свободе.

В последнем отчёте Государственный департамент отмечает: «Правительство [Азербайджана] по-прежнему продолжает заключать в тюрьмы лиц, связанных с религиозной деятельностью». Большое число политических заключённых в стране составляют шиитские активисты. 

Ислам в официальном дискурсе

В официальном дискурсе подчёркивается различие между «традиционным» и «нетрадиционным» исламом. Последний воспринимается как некая «деструктивная», «политизированная» и «экспортируемая иностранными интересами» версия религии. 

Для сравнения: считается, что «традиционный» ислам  «далёк от политики», «берёт своё начало в Азербайджане» и «не привезён извне». Данная существующая в политическом дискурсе ипостась ислама представляет собой некое противопоставление и средство от религиозного экстремизма.

Хотя борьба с радикализмом ведётся во многих странах, в Азербайджане она имеет заметно иной характер. В большинстве государств борьба с  радикальными убеждениями осуществляется посредством поощрения социальной и политической интеграции и участия в жизни общества, таким образом снижая недовольство меньшинств. В Азербайджане таких понятий и близко не существует.

На самом деле, Азербайджан вообще не придерживается стратегии «завоевания умов и сердец», а лишь полагается на грубую силу в борьбе с насильственным экстремизмом радикализацией в соответствии с законом «О борьбе с терроризмом».

Власти утверждают, что такие меры жёсткие меры необходимы для предотвращения распространения иностранного радикализма в стране. Статистика же указывает на то, что данные заявления преувеличивают серьёзность ситуации.

Согласно опросу, проведённому в 2016 году Исследовательским центром Пью, население Азербайджана считается одним из наименее благосклонных по отношению к шариату, по сравнению с жителями других стран с мусульманским большинством. Лишь 8% граждан Азербайджана считают, что законы шариата должны иметь приоритет перед гражданским законодательством.

Существует мало свидетельств, указывающих на популярность идеи теократической системы правления в Азербайджане, даже с учётом того, что некоторые из респондентов могли быть неискренни в выражении своих взглядов.

Более того, за последнее время был зафиксирован лишь один случай проявления насильственного исламского радикализма: нападением на мечеть Абу-Бакр в Баку в 2008 году. Тогда граната, брошенная внутрь храма во время молитвы, унесла жизни двух прихожан, ещё более 10 человек получили ранения, включая имама. Считается, что нападение было совершено джихадистской группировкой «Лесные братья» на фоне идеологических разногласий между двумя салафитскими течениями ислама.

С другой стороны, вспышки недовольства в Нардаране и Гяндже следует рассматривать как попытку добиться социальной справедливости.

В любом случае вышеупомянутые ограничения не соответствуют конституции страны, которая гарантирует гражданам свободу собраний и совести, презумпцию невиновности и принцип равенства вне зависимости от принадлежности к какой-либо религиозной конфессии. Если существуют экстремисты, злоупотребляющие данными свободами, они должны быть преданы справедливому суду и привлечены к ответственности. Однако принятие мер против всего сообщества только потому, что некоторые его члены могут быть замешаны в незаконной деятельности — шаг неверный.

Только искреннее уважение к многообразию взглядов, убеждений и образа жизни может вывести Азербайджан на более перспективную траекторию развития. Непропорциональные ограничения религиозной свободы и игнорирование существующих противоречий, наоборот, приведут к радикализации. Оглядываясь на опыт других стран с преимущественно мусульманским населением, можно сказать, что текущая политика не сулит Азербайджану ничего хорошего.

Мнение, высказанное в этом материале, принадлежит его автору и может не совпадать с точкой зрения редакции OC Media. Выбор терминологии также остаётся за автором и может не соответствовать позиции редакции OC Media. 

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас