Проиграл ли Иран во Второй войне в Нагорном Карабахе?

29 апреля 2021

Хотя некоторые утверждали, что Иран «проиграл» своим региональным соперникам во время Второй войны в Нагорном Карабахе, на самом деле Тегеран не только стремится извлечь максимальную пользу из нового политического порядка, но и вполне может преуспеть в этом.

Во время 44-дневной войны, начавшейся 27 сентября, Иран снова оказался в центре внимания всего мира, но на этот раз не в роли региональной державы на Ближнем востоке, а в роли возможной державы Южного Кавказа. После окончания войны 9 ноября, некоторые эксперты утверждали, что в отличие от «победивших» региональных держав — России и Турции, из-за своего бездействия Исламское Республика присоединилась к «клубу проигравших» в этой войне.

Аргумент, поддерживающий это мнение, такой — конфликт усилил роль России и Турции (как региональных соперников Ирана) в новой архитектуре безопасности Южного Кавказа; запланируемый проект транзитного коридора, который соединяет Турцию и Азербайджан, исключает Иран; а Израиль  усилил своё влияние в регионе благодаря военному сотрудничеству с Азербайджаном.

Хотя на первый взгляд это может показаться правдой, всё  указывает на то, что это далеко от истины. На самом деле, новая геополитическая конъюнктура открыла для Ирана возможность играть более активную роль в регионе — как с Арменией, так и с Азербайджаном.

Позиция Ирана в войне 

Иран, который на своей границе с Афганистаном и Ираком отличается нестабильностью и определёнными угрозами, на протяжении 26 лет пользовался относительной стабильностью статуса-кво на своих северных границах.

Для страны, страдающей от серьёзных санкций эпохи Трампа и принимающей участие в многочисленных геополитических и военных мероприятиях на Ближнем Востоке, естественно, ухудшение ситуации на ещё одной части её границ было нежелательным.

Ирану потребовалось четыре дня для признания того, что недавняя вспышка между Азербайджаном и Арменией характерно отличалась от предыдущих. На четвёртый день боевых действий Тегеран, с пониманием того, что быстро это не закончится, переключил свою дипломатическую риторику, которая была акцентирована на нейтралитете и готовности к посредничеству между сторонами, на поддержку Азербайджана.

Иранские заявления эволюционировали от призыва сторон к «прекращению огня» к поддержке «взятия азербайджанских земель из-под контроля Армении».

Сейчас, несмотря на изменение риторики, было бы неверно утверждать, что Тегеран перешёл от якобы проармянской позиции к явной проазербайджанской. Действительно, Иран никогда не признавал земли «в» и «вокруг» Карабаха в качестве независимого образования и всегда настаивал на обоснованности резолюций Совета Безопасности ООН 1993 года, требующих вывода армянских войск с контролируемых Арменией территорий вокруг Нагорного Карабаха (как это произошло в трёхстороннем мирном соглашении от 9 ноября).

Более значимая роль в регионе? 

В совместном заявлении от 9 ноября на территории Нагорного Карабаха, всё ещё находящейся под контролем Армении, были также учреждены российские миротворческие силы, и предусматривалась разблокировка «всех региональных коммуникаций». В соответствии с соглашением, Азербайджан получит сухопутную связь с эксклавом Нахичевани и далее с Турцией, а армяне смогут использовать контролируемый Россией Лачинский коридор, связывающий Армению с Нагорным Карабахом. Несмотря на отсутствие в заявлении прямого обращения, оно не исключает Иран, и, в действительности, затрагивает его непосредственными путями. 

Во-первых, граница с «государством де-факто» (Нагорный Карабах, контролируемый Арменией) была заменена «государством де-юре» (Азербайджанская Республика), поскольку мирное соглашение признаёт восстановление суверенитета Азербайджана над частью северных берегов реки Арас, до настоящего времени находящихся под контролем армянских войск. Эти территории включают мосты, водохранилище, гидроэлектростанции и ирригационные сооружения, которые в силу своего нового правового статуса будут открыты для возможного освоения Ираном. Действительно, существуют планы проведения переговоров между Тегераном и Баку о сотрудничестве в развитии этого региона, что во всех отношениях означало бы расширение роли Ирана на территории, которую он ранее не включал.

Во-вторых, исход осенней войны означает, что Иран и Азербайджан теперь могут совместно начать использование ГЭС Ходы-Афарин в Джабраильском районе на реке Арас, которая пересекает их общую границу. Эта ГЭС была построена в 2008 году при финансовой поддержке Тегерана, но правовой статус района (или, скорее, его отсутствие) не позволял Исламской Республике фактически эксплуатировать этот объект. Однако 14 декабря 2020 года иранские и азербайджанские представители Совместной технической комиссии по плотине Ходы-Афарин провели совещание в Нахичевани для обсуждения вопроса совместной эксплуатации. Иранские инвестиции, скорее всего, не будут ограничены этими пограничными районами — 25 января, в ходе своей встречи с министром иностранных дел Ирана Джавадом Зарифом президент Азербайджана Ильхам Алиев пригласил иранские компании присоединиться к реконструкции отвоёванных  районов.

В этом ключе Иран — главный партнёр инициативы президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана под названием «Платформа регионального сотрудничества шести стран». В результате стратегического соперничества между Ираном и Турцией (не в последнюю очередь в Сирии) казалось, что изначально Иран был оттеснён от этой инициативы, но недавние события на дипломатическом уровне указывают на значительное изменение положения. Примером этому является встреча между министрами иностранных дел Турции и Ирана в январе, на которой обсуждалась региональная платформа с участием шести стран.

[Читайте подробности на OC Media: Стоит ли ожидать новых транспортных связей на Кавказе?]

Эта перемена также подействовала и на государственные и поддерживаемые государством СМИ в Иране. Во время войны о военных действиях в Нагорном Карабахе в новостях говорили как об «угрозе национальной безопасности», но в последние месяцы иранские СМИ стали использовать более позитивную терминологию, освещая Азербайджан. Возможно, лучшим примером масштабов перемены является недавняя статья, опубликованная в прошлом месяце аналитическим агентством, близким к Министерству иностранных дел Ирана, в которой делается попытка опровергнуть утверждения о присутствии сирийских наёмников во время войны. Во время самого конфликта иранские официальные лица неоднократно осуждали участие боевиков «такфиристов» [суннитских экстремистов] из Сирии на стороне Азербайджана.

Надо отметить, что для Ирана было крайне важно, чтобы после трёхстороннего соглашения в Нагорном Карабахе присутствовали только российские миротворцы, а не турецкие. Несомненно, Тегерану не выгодна возрастающая роль и сила Анкары на Южном Кавказе. Размещение российской миротворческой миссии на линии соприкосновения и контроль Армении над частью Нагорного Карабаха исключают эту возможность как минимум на пять лет. И заявление МИД Ирана о готовности содействовать передвижению российских миротворцев в Нагорный Карабах сразу после подписания соглашения следует толковать именно в этом отношении.

Новая конъюнктура в регионе сулит новые возможности и дополнительные проблемы для Исламской Республики. Эти возможности и проблемы во многом зависят от развития отношений между Азербайджаном и Арменией. Если между двумя странами будет достигнут прочный мир и установятся нормальные, или хотя бы стабильные отношения, это также будет в интересах Тегерана. Между тем Иран, проводящий более активную политику в отношениях с Азербайджаном, похоже, настаивает на использовании любых возможностей, которые он упустил во время войны, и своего преимущества в новом региональном порядке. Скорее всего, это будет означать усиленное сотрудничество с Азербайджаном и стремление играть большую роль на Южном Кавказе.

Мнение, высказанное в этом материале, принадлежит его автору и может не совпадать с точкой зрения редакции OC Media.

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас