![](https://oc-media.org/app/uploads/2019/12/gunnut-650x373.png)
В последние недели армянские и азербайджанские СМИ часто писали о том, что Азербайджан усиливает присутствие вдоль границы у эксклава Нахичевань. Армения настаивает, что новые военные позиции соседа находятся на территории Азербайджана. Власти Азербайджана никак не комментируют ситуацию.
В последние недели Нахичевань оказался в центре возобновленной армяно-азербайджанской словесной войны. Президент Азербайджана Ильхам Алиев 16 мая посетил город и заявил, что размещенные там ракеты могут «уничтожить любую цель противника». Два дня спустя на военную базу вблизи Нахичевана прибыли министры обороны и иностранных дел Армении.
Ситуация накалилась 20 мая, когда на Нахичеванском участке азербайджано-армянской государственной границы погиб азербайджанский военнослужащий Адиль Татаров. Министерство обороны Азербайджана заявляет, что Татаров погиб в военной миссии, в результате «провокации» Армении.
Азербайджанская сторона утверждает, что армия Армении начала «провокационные действия» через два дня после того, как 19 мая министры обороны Армении Давид Тоноян и иностранных дел Зограб Мнацаканян для «изучения оперативной ситуации» посетили военные посты около Нахичеваня.
После смерти Татарова пресс-секретарь минобороны Армении Арцрун Ованнисян на своей странице в Facebook напомнил Азербайджану, что проведение «инженерных работ и других провокационных действий является причиной перестрелок... Вооруженные силы Армении предупреждают, что разрушительные шаги не останутся без ответа».
«Весомое» увеличение территориального присутствия
8 июня информационное агентство «Нахчихан» сообщило, что Азербайджан «освободил» 110 кв км территории, недалеко от руин деревни Гюннют в Нахичеванском районе Шарур. Там была снята фотография, как местные жители якобы «впервые за 26 лет» смогли посетить могилы своих родственников. Агентство также утверждает, что, захватив новые территории, Азербайджан теперь может контролировать в Нагорном Карабахе главную магистраль Армении, соединяющую Ереван и Степанакерт.
На следующий день председатель комитета по международным отношениям парламента Азербайджана Самед Сеидов назвал взятые территории «триумфом азербайджанской армии и народа». Однако власти Азербайджана никак не комментируют ситуацию.
Официальный Ереван настаивает, что все изменения военных позиций Азербайджана происходят на их собственной территории, а заявления являются лишь «провокацией» и информацией для «внутренней аудитории».
Что касается фотографии из Гюннют, Министерство обороны Армении заявило, что Азербайджан обратился к их военным с просьбой разрешить местным азербайджанцам посетить деревенское кладбище. Такое разрешение было дано которые в связи с «приверженностью Армении гуманитарным нормам».
12 июня пресс-секретарь минобороны Арцрун Ованнисян опубликовал на своей странице в Facebook видео визита в Гюнню, которое было якобы «снято с армянской стороны, полностью контролирующей руины деревни».
Репортажи армянских СМИ противоречат официальной позиции о том, что никаких территориальных изменений не произошло. 26 мая главный редактор армянского интернет издания Hetq Эдик Багдасарян сообщил EurAsia Daily, что «на нейтральном участке азербайджанцы смогли передвинуть свои позиции и взять под контроль огромные территории».
5 июня армянский блогер Pandukht опубликовал два поста о военных продвижениях Азербайджана 27 и 30 мая. Позже публикации были удалены. Он перепостил сообщение одного из армянских жителей села Арени, который разместил фотографии и выразил опасение по поводу «новых азербайджанских позиций в деревне». Он также заявил о существующей из-за этого «панике» среди местного населения. Арени (провинция Вайоц Дзор) граничит с северо-востоком Нахичевана. Первоисточник отказался давать комментарий OC Media.
Хотя в армянской среде принято называть эту территорию «нейтральной зоной», официального соглашения между двумя странами по этому поводу нет. Аналитик Эмиль Санамян говорит, что граница между Арменией и Азербайджаном никогда не была официально демаркирована, а нынешняя линия — «неофициальная разграничительная черта» между Армянской ССР и Азербайджанской ССР. Санамян добавляет, что «фактическая граница разграничена военными форпостами и траншеями». После распада Советского Союза каждая из сторон пыталась взять ее под свой контроль.
Конфликт вокруг Нахичевана может повлечь за собой более серьезные региональные последствия, чем ситуация в Нагорном Карабахе. В соответствии с Карским договором 1921 года, Турция обязана защищать Нахичевань, что было подтверждено соглашением между Азербайджаном и Турцией в 2010 году. Аналогичным образом Армения защищена от любых нападений через Нахичевань в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (под руководством России).
«Неприемлемо и безответственно»
МИД Армении назвал действия Азербайджана «неприемлемыми и безответственными, направленными на эскалацию ситуации». В комментарии для OC Media они отметили, что это «прискорбная, но в то же время очень предсказуемая практика Азербайджана — использовать любое проявление доброй воли и гуманистического подхода Армении для собственных пропагандистских целей».
Они также отметили, что «любые провокационные действия с азербайджанской стороны будут немедленно предотвращены и приведут к адекватному ответу с их стороны».
Власти Азербайджана не ответили на запрос о предоставлении комментария.
«Нет войны, нет мира»
Заур Шириев из Международной кризисной группы заявил ОC Media, что недавние изменения в военных позициях Азербайджана нельзя считать незначительными. По его словам, Азербайджан взял контроль над несколькими постами вокруг Гюннюта, что укрепило общие позиции страны.
Шириев, ссылаясь на новость Civilnet, отметил, что Азербайджан захватил 10-15 кв км территории — это намного больше того, что они заполучили во время апрельской войны в 2016 году. Это означает, что «в некоторых районах военные позиции Армении и Азербайджана находятся на расстоянии 700 м - 1 км друг от друга».
Он говорит, что Армения и ранее не полностью контролировала Гюннют, но село было недоступно для местного населения. Несмотря на изменившуюся ситуацию, Азербайджан не полностью подчинил себе руины Гюннют, поскольку «армянские позиции находятся ближе, чем позиции соседа».
Шириев отмечает, что накануне назначения Никола Пашиняна премьер-министром Армении власти Азербайджана смягчили свою военную риторику и заговорили о дипломатических переговорах. Однако азербайджанцы разочаровались призывом Пашиняна дать возможность властям Нагорного Карабаха участвовать в мирных переговорах в Минске. Также они не могут понять, когда Армения будет готова провести встречу хотя бы на уровне министров.
Шириев считает, что мирный процесс зашел в тупик. Азербайджан разочарован неясностью ситуации и отсутствием заявлений по конфликту. «Несмотря на внутренние политические изменения в Армении, стороны не вернулись за стол переговоров, а это сейчас крайне важно. Такая хрупкая и весьма нестабильная ситуация может привести к ужесточению риторики с обеих сторон, поэтому активное дипломатическое взаимодействие необходимо», — говорит он.
6 июня президент Алиев выразил надежду, что нагорно-карабахский конфликт «вскоре можно будет решить путем переговоров» и что Никол Пашинян «не повторит ошибок» своих предшественников. Министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедъяров заявил 25 мая, что предложение Пашиняна о включении Нагорного Карабаха в минские переговоры в качестве стороны «уничтожит мирный процесс».
«Скорее всего, военные действия возобновятся»
Директор аналитического Центра региональных исследований в Ереване Ричард Гирагосян сказал OC Media, что уменьшение расстояния между сторонами «повышает риск возобновления военных действий», в том числе в Нагорном Карабахе.
«Для Азербайджана военное наступление в апреле 2016 года стало удобным маневром, отвлекающим от экономических проблем, которые возникли в последние годы из-за зависимости от энергетического сектора. В то же время, возможность повторной военной победы (захват дополнительной территории, независимо от размеров) слишком соблазнительна. Это особенно важно для правительства Азербайджана, чьи провалы и потери в карабахском конфликте не только имеют глубокие корни, но и преследуют уже несколько поколений лидеров. Такие превратности судьбы на поле битвы не только наделяют истерзанный авторитарный режим определенной степенью легитимности, но и укрепляют политическое руководство, которое мало пользуется поддержкой населения», — отмечает он.
Гирагосян добавляет, что «вероятность возобновления военных действий связана с отсутствием каких-либо сдерживающих факторов: ничто и никто не может оказать давление или убедить Азербайджан не прибегать к попытке «разрешения» карабахского конфликта с помощью оружия».
Он также отметил, что, в отличие от апреля 2016 года, «любое наступление Азербайджана будет лишено момента неожиданности — решающего фактора для территориальных завоеваний. Кроме того оборона Карабаха сейчас лучше оснащена и хорошо вооружена, по сравнению с ситуацией двухлетней давности».
«Острые гуманитарные проблемы»
Бахтияр Асланов, занимающийся исследованиями мира и конфликтов, сказал OC Media, что «последние заявления руководств обеих стран не кажутся конструктивными. Он отмечает, что в регионе остро стоят более важные гуманитарные проблемы, в том числе — безопасный доступ к водным ресурсам <...> За последние десятилетия никаких шагов для их решения предпринято не было».
Асланов сомневается в том, что продвижение Азербайджана — это «триумф азербайджанских военных». Он отмечает, что изменения случаются, но в СМИ об этом не говорят. «Незначительные инциденты такого плана постоянно происходят между Арменией и Азербайджаном, однако вероятность их разрастания не так высока. По крайней мере, обе стороны понимают, чего стоит война, особенно такая, как апрельская», — заключает он.