Голос | «Есть у меня специальные нужды или нет, я всё равно остаюсь собой»

26-летняя Джамиля Маммадли рассказывает о любви, своей страсти к театру и предубеждениях о специальных нуждах, широко распространённых в Азербайджане.

Голос | «Есть у меня специальные нужды или нет, я всё равно остаюсь собой»

26-летняя Джамиля Маммадли рассказывает о любви, своей страсти к театру и предубеждениях о специальных нуждах, широко распространённых в Азербайджане.

Голос | «Говорят, что Грузия — толерантная и многообразная страна; это просто слова»

22-летняя Гюльгюн Маммадли рассказывает о ксенофобии и языке вражды во время пандемии.

Голос | «Говорят, что Грузия — толерантная и многообразная страна; это просто слова»

22-летняя Гюльгюн Маммадли рассказывает о ксенофобии и языке вражды во время пандемии.

6/08/2020

Голос | «Каждый день я говорил, что я хочу перейти в другую школу»

Нарек, 29 лет, из Степанакерта, рассказывает, как его избивали в школе, а учителя часто защищали обидчиков.

Голос | «Каждый день я говорил, что я хочу перейти в другую школу»

Нарек, 29 лет, из Степанакерта, рассказывает, как его избивали в школе, а учителя часто защищали обидчиков.

29/06/2020

Голос | «Люди не должны терять чувство ответственности»

После того, как в Армении подтвердился первый случай заболевания COVID-19, Наира Степанян, врач-инфекционист, стала первой, кто начала лечить от него.

Голос | «Люди не должны терять чувство ответственности»

После того, как в Армении подтвердился первый случай заболевания COVID-19, Наира Степанян, врач-инфекционист, стала первой, кто начала лечить от него.

18/06/2020

Голос | «Я вышла из тюрьмы с двойной стигмой: у меня и судимость, и ВИЧ»

Тамуна Гахокидзе, женщина с ВИЧ из Тбилиси, 37-лет, рассказывает о своём диагнозе, о стигме и о том, как узнала свой диагноз и как училась с ним жить.

Голос | «Я вышла из тюрьмы с двойной стигмой: у меня и судимость, и ВИЧ»

Тамуна Гахокидзе, женщина с ВИЧ из Тбилиси, 37-лет, рассказывает о своём диагнозе, о стигме и о том, как узнала свой диагноз и как училась с ним жить.

30/04/2020

Голос | Женщины на передовой пандемии Covid-19

Три женщины, работающие в сферах, где большинство сотрудников — женщины, делятся своим опытом жизни и работы в условиях пандемии.

Голос | Женщины на передовой пандемии Covid-19

Три женщины, работающие в сферах, где большинство сотрудников — женщины, делятся своим опытом жизни и работы в условиях пандемии.

12/03/2020

Голос | «Моя семья призывала меня вернуться в Армению, но я решила остаться в Китае»

Когда произошла вспышка коронавируса, 28–летняя Эмма Петросян из Алаверди решила остаться в Китае, где она живет и работает уже полтора года.

Голос | «Моя семья призывала меня вернуться в Армению, но я решила остаться в Китае»

Когда произошла вспышка коронавируса, 28–летняя Эмма Петросян из Алаверди решила остаться в Китае, где она живет и работает уже полтора года.

26/02/2020

Голос | «Просто детей мне верните»

Чеченская традиция гласит, что дети после развода принадлежат мужчине и его семье. Джамиля делится своей историей о том, как её разлучили с детьми.

Голос | «Просто детей мне верните»

Чеченская традиция гласит, что дети после развода принадлежат мужчине и его семье. Джамиля делится своей историей о том, как её разлучили с детьми.

31/01/2020

Голос | Тамара Меаракишвили: «Если меня признают виновной, я не сбегу»

Активистка и опытная журналистка размышляет о жизни в Ахалгори, ее продолжающемся преследовании и подходе правительства Грузии к Южной Осетии.

Голос | Тамара Меаракишвили: «Если меня признают виновной, я не сбегу»

Активистка и опытная журналистка размышляет о жизни в Ахалгори, ее продолжающемся преследовании и подходе правительства Грузии к Южной Осетии.

7/01/2020

Голос | «Оккупация Абхазии — это оккупация и наших деревень»

Нона Букиа рассказывает о социальных проблемах, вызванных закрытием абхазских контрольно-пропускных пунктов три года назад.

Голос | «Оккупация Абхазии — это оккупация и наших деревень»

Нона Букиа рассказывает о социальных проблемах, вызванных закрытием абхазских контрольно-пропускных пунктов три года назад.

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас