Тема незаконной слежки в Грузии не теряет актуальности

9 февраля 2017
"Hear our voice, don’t listen in on us" - This Affects You campaign in Tbilisi (OC Media)

Грузинское правительство не слишком озабочено изменениями в системе наблюдения, которая предоставляет властям прямой доступ к мобильным операторам и приводит к незаконной слежке. Их нежелание отказаться от этого дефектного подхода заставило правозащитные организации бойкотировать рабочую группу, трудящуюся над новым законопроектом в парламенте.

До 2014 года грузинские следственные органы имели прямой доступ к телефонным сетям и метаданным (время, место и продолжительность вызовов) без какого-либо контроля. Это означало, что они не нуждаются в разрешении (суда или другого официального органа), чтобы осуществить скрытое наблюдение за любым лицом.

Грузинские законодатели уже давно спорят о недостатках этой системы. В течение многих лет главный вопрос оставался без ответа: кто будет иметь «ключ» и доступ к данным граждан?

Согласно грузинскому законодательству, тайным наблюдением считается подслушивание и запись телефонных разговоров; получение информации от операторов услуг связи, компьютерных сетей, и установка подслушивающих приложений на компьютерах подозреваемых; контроль почтовых и телеграфных отправлений; скрытые аудио- и видеозаписи с использованием фотоаппаратов и других электронных устройств.

После того, как Конституционный суд отменил законы о слежке в апреле 2016 года, назвав их неконституционным, в ноябре 2014 года в законодательство были внесены поправки о системе «двух ключей» для тайного наблюдения. Президент Гиорги Маргвелашвили дважды накладывал на него вето, но в итоге, система вступила в силу 31 марта 2015 года.

Инспектору по защите персональных данных Грузии она дает контроль над негласным надзором по всей стране. Согласно закону, правоохранительные органы должны получить разрешение от инспектора и судебный орден, чтобы начать наблюдения. Следственные органы, которые запрашивают разрешение на слежку (например, Службы государственной безопасности), получают его от инспектора в электронном виде, и только после этого приступают к работе.

В свою очередь, инспектор обязан проверить, является ли решение суда (или, в исключительных случаях, решение прокуратуры) действительным.

Однако, по данным Института развития свободы информации (IDFI), – организации, работающей для содействия открытому и демократическому управлению – система «двух ключей» используется только для телефонных наблюдений, а не для сбора метаданных или интернет-трафика.

Согласно данным Верховного суда Грузии, в 2016 году правоохранительные органы запрашивали в суды разрешения для проведения тайного наблюдения 4150 раз, положительный ответ получали 3822 раза. Количество запросов, поданных в суд в 2016 году, выросло на 50 процентов по сравнению с 2015 г (2719 раз). Процент запросов, утвержденный судами, также увеличился с 77 до 92 процентов. К инспектору обращались за разрешением только 401 раз (10 процентов от общего числа).

«В Офисе инспектора по защите персональных данных заявили, что из-за особенностей перехвата интернет-трафика, инспектор не в состоянии контролировать каждый компьютер. Самое главное, что из-за недостаточного количества механизмов контроля над прослушиванием телефонных разговоров, тайное наблюдение может проходить в обход инспектора и без постановления суда», — сообщают в IDFI.

Вопрос о незаконной слежке в последние годы оказался в центре внимания после выяснения того, что прежнее правительство хранило тысячи секретных видеозаписей. Правозащитные организации недавно заявили, что «за гражданами Грузии все еще следят». Ряд митингов под лозунгом «Это тебя касается» был организован альянсом организаций в Тбилиси в 2015-2016 годах после того, как новые записи ведущих политиков и журналистов всплыли в интернете (расследование по каждому из них все еще идет).

Конституционный суд постановил, что официальные следственные органы, заинтересованные в получении личной информации не должны иметь свободный доступ к любым данным, так как это представляет собой чрезмерную угрозу личной жизни.

Новые законы должны были вступить в силу до 31 марта 2017. Прежний парламент не смог их одобрить, а текущий только приступил к работе над законопроектом при поддержке ряда ведущих организаций. Рабочая группа была создана в январе 2017 года, куда входят несколько депутатов, инспектор по защите персональных данных, представители Государственной службы безопасности и неправительственные организации (НПО).

Группа уже провела несколько заседаний, однако, 31 января НПО вышли из нее заявив, что законопроект властей снова является неконституционным.

В качестве альтернативы системе «двух ключей», правительство намерено создать юридическое лицо публичного права (ЮЛПП) в службе государственной безопасности Грузии (СГБГ). Он будет нести ответственность только перед парламентом, правительством и Верховным судом Грузии. Неправительственные организации выступили против этой инициативы.

«СГБГ создаст орган и выдвинет претендента на должность его главы, а премьер-министр примет окончательное решение... Непонятно только, каким образом он собирается быть независимым. Более того, это вовсе не соответствует решению Конституционного суда», — издание «Нетгазети» цитирует Ану Натшилишвили, главу Ассоциации молодых юристов Грузии (АМЮГ), одной из неправительственных организаций, которая покинула рабочую группу.

Ассоциация молодых юристов Грузии, Международная прозрачность-Грузия, Центр образования прав человека и мониторинга, Фонд открытое общество-Грузия и другие организации также утверждают, что план правительства по созданию ЮЛПП внутри СГБГ противоречит решению Конституционного суд. "Ключ" остается у служб безопасности, и он независим от суда.

В качестве альтернативы, НПО предложили новый, полностью независимый, отдельный орган, подконтрольный парламенту, инспектору по защите персональных данных и суду. По словам адвоката АМЮГ Гиоргия Гоциридзе, аналогичный орган был первоначально упомянут в решении самого Конституционного суда. Хотя рабочая группа, которая в настоящее время состоит исключительно из сотрудников правоохранительных органов и членов парламента, решила идти своим путем, чтобы удержать ключ в руках правоохранительных органов.