В Ингушетии социализируют семьи погибших боевиков и правоохранителей

28 февраля 2017
Заседание с участием заместителя Руководителя Администрации Главы Ингушетии Муслима Яндиева (Ахмед Осмиев/gazetaingush.ru)

В Ингушетии создана общественная комиссия по социализации семей убитых боевиков и местных силовиков. Организация будет заниматься психологической и практической поддержкой, вплоть до трудоустройства.

О создании общественного совета по работе с родственниками членов незаконных вооруженных формирований (НВФ) власти Ингушетии заявили 14 февраля. Пресс-служба главы Ингушетии заявила, что эта идея принадлежит Юнус-Беку Евкурову и что подобный проект-первый и единственный в России.

Основной задачей совета-организация и проведение образовательных, культурных, спортивных мероприятий с участием детей сотрудников правоохранительных органов, погибших при исполнении долга, и детей участников НВФ, оказанием семьям психологической, правовой, консультативной и практической помощи, поддержки в трудоустройстве, получении образования. Руководителем назначена общественница Асет Евлоева, которая возглавляла родительский комитет в одной из ингушских школ.

«Членов семей уничтоженных боевиков мы не бросаем. Я дал поручение создать женскую организацию, в которую бы входили вдовы уничтоженных и находящихся в розыске членов бандподполья, других преступников», — cообщили в пресс-службе главы Ингушетии.

Подобная организация, которая занимается проблемами семей убитых боевиков и правоохранителей — в России единственная. Есть государственные программы по оказанию помощи детям погибших при исполнении служебного долга, но так, чтобы помогать семьям воевавших с государством-это впервой. Свою поддержку этого начинания выразил и ингушский правозащитник, глава назрановского офиса правозащитной организации «Мемориал» Тимур Акиев.

«Определенная проблема с семьями членов НВФ или тех, кто сидит, или тех кто был убит в результате спецопераций существует — говорит Акиев. — И это не только в Ингушетии, а на всем Северном Кавказе. В Ингушетии ее пытаются высвечивать. Если даже и не работать, то хотя бы обозначать ее-тоже хорошо. В 2015 году у республиканских властей даже была идея, проводить лагеря детей из семей членов НВФ и детей погибших сотрудников правоохранительных органов. Об эффективности такой модели реабилитации и социализации говорить пока не приходится, но власти делают в этом направлении попытки. Создание совета по социализации-это один из таких шагов».

Семьи в которых был убит как боевик глава, испытывают определенное моральное давление от правоохранительных структур. По мере того, как дети вырастают внимание к этим семьям, усиливается. По действующей разнарядке, по которой работают ингушские полицейские и сотрудники спецслужб, эти семьи они берут под так называемую «опеку», в качестве превентивной меры. Участковые обязаны часто посещать такие семьи и узнавать, чем занимаются дети убитого боевика.

В обществе же не испытывают к таким семьям ненависти. Наоборот, многие соседи и родственники оказывают всяческую поддержку. Люди считают, что правоохранительные органы сами нагнетают обстановку вокруг них, и сами же пытаются решить созданную мнимую проблему. 55-летний житель города Назрань Алихан считает, что создание таких комиссий не принесет никакой пользы ни таким семьям, ни властям.

«Вот представьте ситуацию, что в какой-то семье убили якобы боевика. Теперь его дети, братья, сестры, жена все должны боятся. Обязательно их будут допрашивать, вызывать часто в полицию, и даже угрожать. Если учесть, что очень часто наши спецслужбы якобы «по-ошибке» убивают в Ингушетии людей, то оказываемое внимание к таким людям несправедливое. И после того, как все это случилось, и семья живет дальше и занимается мирным трудом, теперь им напоминают, что вот, вы, мол семья врага государства, которого мы убили, теперь мы будем воспитывать вас. Это популизм, который дальше заявлений не будет действовать», — рассказал Алихан.

Следом за сообщением о совете по социализации семей боевиков и правоохранителей, глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров анонсировал создание еще одной общественного совета, который будет оказывать помощь вдовам боевиков.  Будет создана чисто женская организация, занимающаяся проблемами таких женщин. Об этом он сообщил в своем интервью для «РИА Новости». Правда не поясняется: речь идет об одной и той же организации, или же будут работать одновременно два общественных совета, по оказанию помощи семьям и вдовам боевиков.

Создание подобных комиссии не единственный шаг ингушских властей, открыто заявляющих о проблеме с боевиками и их семьями. В 2011 году в республике начала функционировать Комиссия при Главе Республики Ингушетия по оказанию содействия в адаптации к решившим прекратить террористическую и экстремистскую деятельность на территории Республики Ингушетия. Члены комиссии достаточно честно и предельно открыто рассматривали дела обратившихся к ним боевиков, которые разочаровались в исламистских идеях и согласились вернуться к мирной жизни. Единственным условием для них выдвигалось, что каждое дело будет рассматривать суд по-справедливости и от степени содеянного назначит срок. С момента создания комиссии около 70 человек было таким образом возвращено к мирной жизни.

Первым фактическим руководителем Комиссии был секретарь Совета Безопасности РИ Ахмет Котиев, который в августе 2013 года погиб в результате вооруженного нападения. А через месяц в республике произошла смена правительства. Комиссия на короткое время осталась без руководителя. Именно при Котиеве было возвращено большое количество боевиков. Статистика наглядно показывает это.

По данным Совбеза РИ на 1 сентября 2015 года, в 2011 году «адаптировано к мирной жизни» 17 человек, в 2012 году — 21 человек, в 2013-м — 5, в 2014 году — 4 и в 2015-м — тоже 4.

В 2016 году власти Ингушетии заново заявили о своей приверженности к поиску решения проблемы участников НВФ. Теперь уже шла речь о тех, кто присоединился к ИГИЛ и уехал воевать в Сирию. Глава РИ Юнус-Бек Евкуров признал, что есть письменные заявления от родителей. Он заверил, что «все написанные заявления в адаптационную комиссию будут объективно рассмотрены, а стремление участников незаконных вооруженных формирований на территории Сирии вернуться к мирной и созидательной жизни получат максимальную поддержку».

Действия ингушских властей в разрешении таких наболевших вопросов, которые серьезно беспокоят население — прямо пропорционально другое, чем те меры прилагает соседняя Чечня. Там, традиционно жестко наказывают не только боевиков, но и их семьи. Не спасает даже и то, что многие по-традиционному праву отказались от них, снимая с себя всю ответственность за их действия. 5–6 лет назад начали сжигать дома боевиков, теперь уже выселяют всех близких родственников.

В Ингушетии же как видно, другой подход к этой серьезной проблеме. По мнению некоторых наблюдателей создается впечатление, что за всей жестокостью и в Чечне и толерантностью в Ингушетии стоят определенные силы в федеральных структурах. Житель Малгобекского района Мурад уверен, в этом. А на вопрос, для чего это делается, у него есть свой ответ.

«Думаю, что по истечении какого-то времени, в Москве подведут итоги и примут какое-то обязательное к исполнению решение, как вести себя с подпольем. Ведь все мы знаем, что на Северном Кавказе, в спящем режиме есть много потенциальных боевиков. Т. е, они нигде не проявили себя, но гипотетически могут встать «под ружье», когда будет призыв. Власть с ними достаточно жестко ведет борьбу. И видимо в Кремле понимают, что одними такими мерами не получается решить эту проблему. Это достаточно ясно показали декабрьское нападение на сотрудников полиции в Грозном. Обнаружили ведь достаточно большое количество молодых парней, которых назвали «спящей ячейкой» ИГИЛ. И все они в основном своем из родного Курчалойского района Рамзана Кадырова», — отметил ингушский общественник.

 

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас