Во сколько обходится лечение коронавируса в Абхазии?

2 августа 2021
Медицинская работница Гудаутского ковид-центра смотрит в окно. Фото: Гугуца Вардания

Несмотря на то, что правительство Абхазии принимает непосредственное участие в лечении COVID-19, чаще всего диагноз коронавируса ложится тяжёлым финансовым бременем на плечи семьи пациента.

«[Когда ПЦР-тест показал коронавирус], я отправилась в амбулаторный центр, который в Сухуме открыл депутат парламента Алхас Джинджолия, сейчас этот центр поддерживает Минздрав и COBERM, насколько я знаю», — говорит Надежда Боровикова. 

Боровикова, жительница Сухума, в разговоре с OC Media сказала, что потратила на лечение COVID-19 чуть более 3000 рублей ($40).

«Там все услуги оказывают бесплатно. Ставят капельницы и уколы, консультируют, — сказала Надежда. — Лекарства, правда, свои нужны. Но у меня из дорогостоящих были только витамины и гепатопротектор. Пять капельниц мне обошлись в 500 рублей ($6,8)».

Но такое лечение помогает, увы, не многим.

Алиас Убирия, тоже житель Сухума, не стал записываться на бесплатный ПЦР-тест, когда заподозрил у себя коронавирус — с момента его назначения участковым врачом, куда согласно маршрутизации должен обратиться пациент в первую очередь, до забора анализа может пройти от трёх до пяти дней. Чтобы не упускать время, Алиас отправился в частную лабораторию, где за сутки и за 2500 рублей ($34), он узнал о том, что болен.

Так же как и Надежда, сначала он лечился в амбулаторном центре. Там ему поставили три капельницы. Но температура продолжала подниматься, и лечащий врач настояла на компьютерной томографии, которая также обошлась Алиасу в 2500 рублей ($34). 

КТ показало 10% поражения лёгких, но симптомы продолжали нарастать с каждым днём, и врач предложила госпитализацию в ковидный центр в городе Гудаута.

В этом центре родственникам Алиаса пришлось для него купить дорогостоящий препарат «Илсира» за 55 000 рублей ($753), а затем, когда стало понятно, что лечение им не даёт результатов, купили и «Актемру» уже за 140 000 рублей ($1918). 

«Никаких дорогостоящих препаратов в государственных больницах нет, — рассказывает Инна, супруга Алиаса. — Всё нужно покупать самим, а если нет денег, то просто умрёшь. Врачи выбиваются из сил и делают всё возможное, но если нет лекарств, то никакое внимание не поможет». 

«Мне пришлось остаться в госпитале, чтобы ухаживать за мужем. После капельницы "Актемрой" ему надо три дня лежать на животе с катетером, без ухода никак, а рабочих рук тут не хватает. Поэтому я на свой страх и риск осталась тут».

Врачи Гудаутской больницы едут домой после окончания рабочей смены. Фото: Гугуца Вардания

Практически со всеми больными со средним и тяжёлым течением болезни в ковидном центре находятся родственники. Гугуца Вардания, журналистка местного канала, ухаживает за мамой, и каждый день на свой странице в Facebook выкладывает зарисовки больничной жизни, показывая, как непросто приходится врачам. 

Нехватка средств

В Абхазии сегодня болеют COVID-19 более 4000 человек. В сутки выявляется около 200 новых случаев, а за всё время пандемии умерло 307 человека. Однако, в статистику не входят те, кто выехал на лечение в Россию или на территории, контролируемые правительством Грузии.

Вакцинация в Абхазии проводится бесплатно, но вакцина, которую прислала Россия — 6500 доз «Спутника V» — закончились. Неизвестно, будет ли вторая поставка. По словам депутата Алхаса Джинджолия, есть информация, что никакой гуманитарной поставки из России больше не будет. Он намерен просить помощь у международных организаций.

Некоторые депутаты критикуют правительство за неэффективную борьбу с COVID-19. По словам депутатов Валерия Агрба и Гарри Кокая, несмотря на жёсткие условия работы врачей в ковидном центре, им с мая задерживают дополнительные выплаты. 

Не всем везёт оказаться в больнице в тот момент, когда в ней есть все медикаменты для лечения COVID-19. Однако чаще всего, в закромах больниц есть препараты, которые врачи могут использовать в лечении за плату.

«В холодильнике госпиталя сейчас два флакона “Актемры”, но они не больничные, и стоят по 140 000 рублей ($1918). Так сказала врач, когда предлагала купить его», — рассказывает Инна, жена Алиаса. 

Откуда в больнице не больничные лекарства, корреспонденту ОС Media рассказал сотрудник Минздрава Абхазии.

«Сейчас многие занимаются бизнесом, едут в Грузию, берут по несколько флаконов лекарства турецкого производства и везут сюда, в России его тоже уже мало, просто так не купишь, и продают нуждающимся. Это по сути чёрный рынок, но ведь с другой стороны, хорошо, что есть хоть какая-то возможность приобрести лекарство».

Как говорит Эдуард Бутба, министр здравоохранения Абхазии, дорогостоящие препараты Минздрав закупает, но они расходятся быстрее, чем обновляется больничная аптека.

«Есть определённые критерии назначения этих препаратов — [...] это решается консилиумом врачей на месте», — сказал Бутба в интервью с местным Abaza TV.

Бутба отметил, что если лекарство есть в больнице, то его назначают, если нет, то ставят об этом в известность родственников. По его словам, все флаконы отслеживаются и не стоит полагать, что больничные лекарства уходят на чёрный рынок. 

Помимо лекарств, больным COVID-19 необходимы периодические лабораторные исследования. Большинство анализов можно сдать бесплатно. В Сухуме общий анализ крови и коагулограмму делают в Инфекционной больнице. Но есть показатели крови, которые проверяют только в частных лабораториях. 

В Абхазии нет ни оборудования, ни реактивов, ни лаборантов способных обрабатывать такие объёмы биоматериала. Поэтому пациентам приходится по нескольку раз за 21 день болезни выкладывать от 5 до 10 тысяч рублей ($68-140) за проверку важных жизненных показателей.

О том как расплачиваться с долгами за лечение (200 000 рублей, т.е. $2700), семья Убирия пока не думает; главное — вылечиться и выйти из больницы.

Для удобства читателей редакция предпочитает не использовать такие термины, как «де-факто», «непризнанные» или «частично признанные» при описании политических институтов и должностей в Абхазии, Нагорном Карабахе и Южной Осетии. Это не отражает позиции редакции по их статусу.