«Я не хочу, чтобы нас называли бедными и несчастными» — крайняя нищета в Армении

23 ноября 2018
Гюмри, Армения (Армине Аветисян/OC Media)

Почти миллион армян живет за чертой бедности — это составляет около трети населения страны. Более двух десятилетий сменяющаяся власть обещает бороться с нищетой, но ей это почти не удается; после Бархатной революции правительство Пашиняна пообещало то же самое.

День шестидесятилетней жительницы Еревана Гаянэ начинается с мусорных контейнеров, где она пытается найти продукты, одежду и предметы, которые можно сдать на переработку.

«Я так работаю уже 5 лет. У меня нет другого способа обеспечивать мою семью. Дома больной муж и дочь, которые получают финансовую поддержку государства, но это очень маленькая сумма. На эти деньги я едва могу могу купить им лекарства, и если немного остается, это идет на оплату части счетов за коммунальные услуги. Но нам нужно есть», — говорит Гаянэ.

Рабочий день Гаянэ начинается рано утром. Она говорит, что многие люди выбрасывают свой мусор перед тем, как пойти на работу. На улицах по утрам мало людей, поэтому не так много людей ее видит, хотя она уже привыкла к такому образу жизни.

«Мне было очень стыдно, но у нас не было другого выбора. Мы голодали целыми днями. Я пыталась найти работу во многих местах, но меня не брали. Один сказал, что я уже не молода и не подхожу для работы, другой — что я некрасивая», — рассказывает Гаянэ.

Сегодня Гаяне выходит на улицу, прикрывая почти все тело. Она также носит шляпу. Гаянэ говорит, что пытается сделать себя настолько неузнаваемой, насколько это возможно.

«Когда мой муж был здоров, когда мы были молоды, мы прожили довольно хорошую жизнь. Мы никогда не голодали и не нуждались в одежде, и не должны были денег кому-то, но теперь мы несчастные», — говорит Гаянэ.

«Похоже, нищета постепенно подбирается ко всем. Раньше в мусоре можно было найти много полезных вещей, сейчас все иначе», — говорит Гаянэ, сравнивая вещи, которые она находила пять лет назад и сегодня.

«Когда я только начинала работать таким образом, я очень часто находила одежду, которая не была слишком изношена, мы могли запросто ее носить, но теперь я не так часто нахожу одежду, а если и нахожу, то вещи, в основном, потрепанные».

«Раньше люди оставляли отдельный мешок с хлебом и объедками рядом с мусорными контейнерами, вероятно, для таких людей, как мы, или для бродячих собак и кошек — теперь эти мешки  стали появляться реже. Кажется, не так много людей в состоянии купить достаточно еды для себя, не говоря уже о том, чтобы оставлять еду нам».

«В прошлом я собирала бутылки, мыла и сдавала их в пункты сбора. Со временем их становилось все меньше. Люди предпочитают сдавать бутылки сами, а не выбрасывать их; бутылки — хоть и ничтожный, но все же источник денег», — говорит Гаянэ.

Победа в полпроцента

Согласно последним данным Национального статистического комитета Армении, с 2015 по 2016 год правительство зафиксировало прогресс в сокращении бедности на полпроцента - с 29,8% до 29,4%.

Это по-прежнему говорит о том, что почти каждый третий армянин находится за чертой бедности, потребляя меньше размера потребительской корзины в 48 000 драмов (99 долларов США), что, по мнению правительства, является минимальным, необходимым набором продуктов для удовлетворения основных потребностей.

По словам экономиста Тиграна Кеяна, эти цифры не всегда отражают реальность.

«Все предприниматели предоставляют приблизительные отчеты [Службе национальной безопасности], которые очень далеки от реальности. Даже если все цифры верные, 48 000 драмов, определенных как средняя потребительская корзина, недостаточно для обеспечения нужд обычного человека», — говорит экономист.

«Одним из индексов потребительских цен является цена на сырьевые товары. Очень часто цены, по которым проводятся расчеты, не имеют ничего общего с реальной рыночной ценой. На рынке все дороже», — говорит Кеян.

По словам экономиста, часть населения Армении выживает только за счет денежных переводов из-за рубежа. Поскольку об этом нет статистических данных, невозможно точно указать, какой процент населения живет на денежные переводы. По словам Кеяна, это банковская тайна.

Беднее всех времен

После разрушительного землетрясения в 1988 году Ширакская провинция стала самой бедной провинцией в Армении — почти половина населения живет здесь за чертой бедности. И нищета в Шираке усугубляется — в 2014 году 44% людей жили за чертой бедности, в 2016 году этот показатель составлял 45,5%.

«Я даже не помню, когда в последний раз я ела досыта», — говорит 35-летняя Анна из Гюмри. «Я даже не говорю о том, чтобы есть мясо, — это роскошь, которую мы можем позволить себе раз в год, во время новогодних праздников».

О своей жизни Анна предпочитает особо не распространяться. Она говорит, что с 5 лет жила в сыром приюте, проведя детство без нормальных условий для жизни, затем вышла замуж и переехала в соседний приют, отчего положение ничуть не улучшилось.

(Армине Аветисян/OC Media)

«Я даже не знаю, что значит спать в сухом, теплом доме. Я привыкла к плесени на стенах приюта, гнилому полу и крыше, я привыкла стирать вручную, таская воду для стирки».

«Я даже не думаю о себе, я просто беспокоюсь о своих маленьких детях; они родились в этом приюте, и я боюсь, что они тоже вырастут здесь», — говорит Анна.

Муж Анны в этом году впервые уехал работать за границу. Денег, которые он отправляет каждый месяц, едва хватает на нужды Анны и детей.

«Он отправляет около 200 долларов в месяц. Я оплачиваю счета за коммунальные услуги на эти деньги, долги, накопленные за эти годы, и на то, что остается, я с трудом могу позволить себе купить еду», — рассказывает Анна.

Большая часть одежды, которую носят Анны и ее дети, была пожертвована семье родственниками, и, в основном, эти вещи ношенные.

«У меня, наверное, никогда в жизни не было новой одежды», — говорит Анна. «Я всегда носила старую одежду, подаренную кем-то. Даже на моей свадьбе я была в свадебном платье моей кузины и ее туфлях».

«Теперь, когда муж посылает нам деньги, я стараюсь купить хотя бы самую необходимую одежду для детей. Они все еще маленькие, им 2 и 4 года, но я не хочу, чтобы кто-то указывал на них на улице, говоря: «Смотри, смотри, у них нет нормальной одежды, они носят поношенные вещи».

Несколько раз Анна получала предложения о съемках для различных социальных программ, но она всегда была против, не желая зарабатывать деньги таким образом.

«Они приходят и предлагают пофотографировать меня, приглашают на ток-шоу, но я отказываюсь. Я предлагаю им написать историю о моей жизни, но не фотографировать меня и моих детей. Я не хочу, чтобы нас называли бедными и несчастными», — говорит Анна.

«Может быть, когда мои дети вырастут, они получат хорошее образование, найдут хорошую работу, я не хочу, чтобы они брали видео и фотографии из архивов, которые будут напоминать им об этих трудных днях».

«Большинство жителей города голодают так же, как и мы. Гюмри стал открытой площадкой для съемок; все приходят, чтобы поснимать нас, а затем публиковать такие видео, чтобы собрать большую аудиторию или давать большие обещания во время выборов, чтобы просто забыть о нас после избрания», — говорит Анна.

Анна говорит, что больше не может себе представить, что наступит день, когда они будут сыты, в тепле и не будут думать о том, как выплатить долги.

Невыполненные обещания и новые ожидания

Каждое правительство Армении обещало бороться с нищетой. Когда Тигран Саргсян был назначен премьер-министром в 2008 году, его правительство обязалось в кратчайшие сроки решить эту проблему. Но к 2012 году число людей, живущих за чертой бедности, возросло с 28% до 32%.

Программа  на 2012–2017 гг., представленная в 2012 году Саргсяном, включала обещание снижения уровня бедности примерно на 10%.

Он ушел в отставку в 2014 году, не выполнив этого обещания, затем премьер-министром был назначен Овик Абраамян, который давал те же обещания.

В 2016 году Абраамян покинул пост, к тому моменту уровень бедности сократился всего на 2%.

Когда Карен Карапетян был назначен премьер-министром, правительство обещало сократить уровень бедности на 12% к 2022 году. Но в 2018 году Карапетян тоже покинул пост. Никол Пашинян был пришел к власти в мае после недель уличных акций протеста против правительства, которые были названы «Бархатной революцией».

Как и предыдущая власть, новое правительство Пашиняна снова пообещало бороться с нищетой, не говоря, при этом, ни о каких конкретных цифрах.

[Читайте на OC Media: Яркий революционер или прагматичный политик: чего ждать от Никола Пашиняна?]

Гюмри, Армения (Армине Аветисян/OC Media)

«Правительство убеждено, что ненасильственная, бархатная, народная революция в Армении в апреле–мае 2018 года вызвала положительные экономические и инвестиционные ожидания. В условиях политической стабильности позитивные ожидания, скорее всего, превратятся в поток инвестиций, и правительство намерено направлять инвестиции в регионы и поощрять инвестиции, направленные на создание новых рабочих мест», — говорится в правительственной программе.

По словам Пашиняна, правительство обсуждает упрощение Налогового кодекса и снижение подоходного налога, а также пересмотр пенсионной системы для достижения этого.

Поскольку блок Пашиняна «Мой шаг», как ожидается, победит на декабрьских выборах, только время покажет, может ли это последнее правительство, наконец, справиться с нищетой в Армении.

Статья была подготовлена при поддержке регионального бюро Фонда Фридриха Эберта (Friedrich-Ebert-Stiftung) на Южном Кавказе. Все высказанные мнения и терминология выбраны самим автором и могут не отражать точку зрения Фонда или редакции OC Media.

Бескомпромиссная, независимая журналистика

Скажем честно, ситуация со СМИ на Кавказе безрадостная. Каждый день нас обвиняют в том, что мы «служим врагу», кем бы он ни был. Наших журналистов преследовали, арестовывали, избивали, им приходилось менять место жительства. Но мы стойко держимся. Для нас это любимая работа. К сожалению, OC Media не может держаться на одной только любви, — журналистика стоит дорого, а финансирование ограничено. Наша единственная миссия — служить интересам всех народов региона. Поддержите нас сегодня и присоединитесь к нам в борьбе за лучший Кавказ.

Поддержать нас